О приходе
Брошюры
Вопросы священнику
Темы ответов по алфавиту
Архив ответов
На вопрос отвечает священник Александр Любимов
Вопрос 1203:


    Здравствуйте, отец Александр!
    Благословите!
    Прочла книгу об о. Серафиме (Роузе) "Не от мира сего". Возникли вопросы:

    1. Что значит "умереть для мира"?
      Возможно ли тогда спасение в миру, ведь Церковь обмирщена, подчинена политизированным иерархам и от благ цивилизации мы не отказываемся, а привязываемся к ним? Не самообман ли такое спасение, ведь о Боге вспоминаем лишь во время утреннего и вечернего правила, живем по своему разумению?
    2. Что делать, если не осознаешь грех, как грех? Понимаю, что делаю что-то не так, но совесть молчит, нет чувства вины, раскаяния.
      Нужно ли такие грехи "от ума" перечислять на исповеди?
      Большое вам спасибо за ответы!
    О?
 
Ответ:


Бог вас благословит, О?!

Нечуствие к своим грехам - это и есть обмирщение, но не Церкви, которая всегда остается по существу неизменной, а нас. Действительно, слова «умереть для мира» представляются нам чем-то фантастическим. Однако на самом деле они говорят о самом очевидном и традиционном основании Христианства. Умереть для мира в традиционной христианской терминологии - это отказаться от жизни по внутренним законам этого мира, от тех целей, которые он преследует.

Мир любит свое (Иоан.15:19), - и нормальным считает стремление к славе, власти, высокому социальному положению, деньгам, удовольствиям, и проч. Соблазны в современном мире, действительно, умножились. Это оказывает своё влияние и на тех людей, которые обращаются к покаянию и вере, ибо они тоже являются, если хотите, продуктом этого общества, и живут в нем. Приходится признать, что мы, современные христиане, действительно стали людьми очень немощными, и зависимыми от благ цивилизации, как и вы правильно пишете в своем вопросе. Однако если человек искренне приходит к вере, он обретает новый смысл жизни, и начинает искреннее стремиться к добру. В этом стремлении и состоит неотмирность Церкви.

Работать или служить верующий человек может на любом месте. На всяком месте владычества Его: благослови, душе моя, Господа, - говорит пророк (Пс.102:22). Может он работать, например, и в структурах власти, - но ставить во главу угла не карьеру и деньги, а служение людям и государству. Пусть он имеет множество немощей, и привязан к благам цивилизации, - сам смысл его жизни в этом случае всё равно становится христианским. В самом глубоком, принципиальном стремлении своего сердца, он уже не служит страстям этого мира, - и поэтому можно сказать, что умер для него. Так можно служить и работать на любом месте – быть, например, учителем, милиционером, или продавцом, и при этом жить верой, и служить Богу. Речь здесь идет не об отсутствии у христиан человеческих немощей и грехов, а о тех принципиальных ценностях, которые лежат в основании нашей жизни. Грехи и немощи остаются именно грехами и немощами, а целью и смыслом становится служение Богу и людям. Ведь задача состоит не в том, чтобы отказаться от благ цивилизации, а в том, чтобы относиться к людям по заповедям Евангелия.

Именно стремление последовать заповедям Евангелия открывает человеку его немощи и грехи. Только если он захочет построить свою жизнь на основании этих заповедей, он сможет увидеть свою полную неспособность следовать Евангелию в своей жизни. Если же жить согласно Евангелию он не стремится, то никаких духовных проблем перед ним и не возникает. Раскаяние же в таких вещах, как блага цивилизации, обмирщение Церкви, или политизированные иерархи, действительно, не может быть искренним. Ну, положим, пользуюсь я центральным отоплением, холодильником, компьютером, или автомобилем. Может быть, мне и жалко, что нельзя в центре Москвы вырыть погреб, самому колоть дрова, и ездить на лошади. Но серьёзно сокрушаться сердцем о том, что в квартире горит электричество и греют батареи, невозможно. Без выполнения Евангельских заповедей даже и о том, что вспоминаем о Боге редко, мы особенно жалеть не можем. Что толку о Нём вспоминать, если живём мы всё равно не по Его Евангелию, а по своему разумению, как написали вы в своём вопросе.

При этом теряют смысл и вообще все православной традиции. Человек начинает тяготиться такими вещами, например, как чтение правила, соблюдение постов, и служба в храме. Если настоящего христианского смысла его жизнь не имеет, то всё это начинает вызывать лишь мысль о самообмане, а святоотеческое учение Церкви только раздражает своей полной, как ему кажется, оторванностью от жизни. Однако самообман не в том, что мы читаем недостаточно большие правила, или пользуемся некоторыми благами цивилизации. Он в том, что мы только называем себя христианами, а живем, как и все остальные, по внутренним законам этого мира. И если при этом мы будем больше поститься, и откажемся от всех удобств жизни, то лишь уподобимся бесам, которые совсем ничего не едят, не спят, не пользуются никакими благами цивилизации, - но бесами от этого быть не перестают. Тогда каяться нам будет совсем невозможно.

О том, в чем надо каяться, вы очень хорошо написали в своем вопросе. Это и обмирщение, т. е жизнь по внутренним законам этого мира, которая делает блага цивилизации нашими идолами, и самообман, и политизированное понимание веры, и нечуствие к своим грехам. Однако всё это вы почему-то не относите к себе, а приписываете Церкви, иерархам, и всем вообще. Это и есть настоящий самообман. Те грехи, которые мы считаем чужими, на самом деле мы видим не где-нибудь, а в себе. Например, если бы мы не жили политическими страстями, то нам бы и понять было невозможно, что такое политизированность Церкви. В Церкви мы бы видели лишь путь в Царство Божие, и всё.

Надо сказать, что само по себе сотрудничество Церкви с законными властями вполне соответствует её традиции и учению. Вера не противопоставляет человека обществу, как это происходит, например, в политических учениях большевистского толка, или в сектах, а, наоборот, делает полноценным его членом. Православные люди всегда искренне служили своему народу, каждый на своем месте, а в каких-то случаях и от лица самой Церкви. Но беда в том, что мы, современные христиане, традицию Церкви как раз не понимаем, и вместо неё видим лишь политизированность, которую прививали нам с детства. Это и есть обмирщение.

Однако винить в этом обмирщении некого, кроме самих себя. Путь к вере открыт перед каждым человеком, и если мы положим именно веру в основание своей жизни, то вполне можем стать настоящими христианами, умершими для мира, не смотря на все наши немощи, привязанность к благам цивилизации, и проч.

ВЕРА - Не может быть оторвана от жизни, ГРЕХ - Нечувствие к своим грехам и непонимание их, ИСПОВЕДЬ - Подробности грехов во время исповеди, ОБМИРЩЕНИЕ, ОСУЖДЕНИЕ - Осуждая других, мы на самом деле говорим о себе, ТРУД И СЛУЖЕНИЕ, ЦЕРКОВЬ - И общественно-политические проблемы, ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ - Умереть для мира